Закупка без ручной работы

Мы сами ресторан — и проверили на себе

Две точки, оборот 240 млн ₽ в год, 36 поставщиков. За год продукты стали обходиться дешевле: с 26,39% выручки до 25,60% — порции не резали и на качестве не экономили.

Минус 0,79 пункта на таком обороте — 1,9 млн ₽ в год.

Поставщик поднял цену и промолчал

Писем о повышении никто не присылает — новая цена просто приезжает в накладной. Мы помним каждую и сообщаем в день поставки, пока счёт не оплачен.

И отличаем настоящее подорожание от путаницы с упаковкой или скидкой.

Стопами можно управлять отсюда, а не бегать к кассе

Блюдо кончилось — уходит в стоп само, приехала поставка — возвращается. А когда нужно вмешаться руками: поставить в стоп, снять, поправить остаток — всё здесь же, изменения уходят в iiko сразу.

И главное — мы считаем, сколько это стоит: сколько порций у вас обычно берут в этот день и сколько денег вы уже не получили.

Смотрим не на килограммы, а на долю от оборота

«Недостача 50 000 ₽» звучит страшно, но при обороте 3 млн это 1,7% — норма. А 8 000 ₽ по микрозелени, которой израсходовали на 23 000, — это 35%, и вот сюда надо смотреть.

Поэтому считаем долю от оборота — и наверх выносим только то, что правда надо пересчитать.

Ветеринарные документы закрываются сами

Каждая машина с мясом, рыбой или молочкой приезжает с ветеринарным документом — его надо закрыть в тот же рабочий день.

У нас он закрывается сам, как только закончили приёмку, и ровно на то, что приняли: заказывали 8 кг, привезли 16 — закроем 8, остальное уйдёт обратно.

С 1 сентября 2026 штрафы приходят сами, без проверок

Товар мало принять — коды нужно вывести из оборота. Пока они не выведены, для государства молоко всё ещё лежит у вас на складе.

У нас это происходит в момент, когда бухгалтер подписывает накладную. Отдельного дела, про которое забывают, просто нет.

Подписать документ — не выходя из платформы

Обычно бухгалтер сидит в двух окнах: в одном видно, что реально приехало, в другом — подпись. Мы это соединили.

Документ с ошибкой можно аннулировать в обе стороны — с причиной и с историей.

ЕГАИС — в том же окне, что и всё остальное

Обычно под ЕГАИС держат отдельную программу и человека, который умеет в ней работать. У нас всё это лежит там же, где остальные закупки.

Раздел ещё дорабатываем. Накладные, остатки и связки уже работают на наших точках, списание пива по продажам — в обкатке.

Списали или приготовили — оформляется за минуту

В iiko нельзя списать в одном акте продукты, заготовки и упаковку — на каждую категорию нужен свой акт. Поэтому списания копят до вечера, а потом путают.

У нас вы пишете один акт на всё сразу, с телефона. Сколько документов завести в iiko — наша забота.

Сколько заказать — считаем за вас

Смотрим, сколько вы реально расходуете за день, что осталось, что уже едет и когда этот поставщик приедет снова, — и называем количество по каждой позиции.

Скоропорт берём впритык, долгое хранение — с запасом. Выходные, праздники и минимальный заказ учтены.

Больше не нужно писать заказы в переписке по ночам

Заказ уходит в MAX, Telegram или на почту — кому как привычнее. Вложение в том формате, который просит поставщик: Excel или PDF. Названия и упаковки — его собственные, чтобы он ничего не перепутал.

Сказал «нет в наличии» — одной кнопкой отдаём позицию другому, и отказ остаётся в его истории.

Недовес видно, пока машина не уехала

Кладовщик отмечает приёмку с телефона, а мы сразу сравниваем три вещи: что заказывали, что в накладной и что реально приняли.

Закупщик остаётся. Двое рядом с ним — нет

Закупщик нужен всегда. Но рядом с ним обычно появляются ещё двое: один вносит и сверяет накладные, второй считает себестоимость. Каждая пара рук — 78 000 ₽ по стране и до 200 000 ₽ по Москве.

У нас две точки, 36 поставщиков, 24 556 строк прихода в год — и закупщик работает один.